Вот, новый разворот!

Отказавшись от «Южного потока», Путин еще раз повернул страну на Восток

Владимир Путин

В ходе совместной пресс-конференции по результатам переговоров с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом в Анкаре Владимир Путин высказал сомнения в целесообразности окончания строительства газопровода «Южный поток». Эта инициатива вызвала неоднозначную экспертную реакцию, поскольку в строительство трубопровода по направлению в Европу в обход Турции и Украины Россия ранее вложила чуть менее пяти миллиардов долларов. Однако опрошенные «Лентой.ру» эксперты и чиновники убеждены: громкая новость приковала к себе слишком пристальное внимание аудитории, оставив на заднем плане самое важное.

Бросок на юг

Начать надо с того, что «Южный поток» считался одним из самых амбициозных проектов России. Морской участок газопровода должен был пройти по дну Черного моря в экономических зонах РФ, Турции и Болгарии. Общая протяженность черноморского участка должна была составить 930 километров, проектная мощность газопровода — 63 миллиарда кубометров.

Сухопутный участок газопровода должен был пройти по территориям Болгарии, Сербии, Венгрии и Словении. Конечная точка газопровода — газоизмерительная станция Тарвизио в Италии. От основного маршрута планировалось строить отводы в Хорватию и Республику Сербскую (государственное образование на территории Боснии и Герцеговины).

История проекта началась в 2006 году, когда «Газпром» и Eni подписали Соглашение о стратегическом партнерстве, в результате которого «Газпром» получил возможность осуществлять прямые поставки российского газа на итальянский рынок. В соответствии с соглашением, действующие контракты на поставку российского газа в Италию были продлены до 2035 года.

В январе 2008 года «Газпром» и Eni зарегистрировали в Швейцарии созданную на паритетных началах компанию специального назначения для строительства морской части газопровода South Stream AG. В течение 2008–2011 годов для реализации проекта были заключены межправительственные соглашения с Австрией, Болгарией, Венгрией, Грецией, Сербией, Словенией и Хорватией.

отказ от строительства «Южного потока» стал предметом обсуждения в высшем эшелоне российской власти, как минимум, в сентябре или октябре 2014 года. Во всяком случае, именно в этот период начались первые «предупредительные выстрелы в воздух»: ряд российских чиновников и политиков, включая самого Владимира Путина, четко и последовательно проговаривали риски отказа Европы от альтернативного газового маршрута в обход двух транзитных стран — Украины и Турции.

В частности, совершенно точно знал, о чем говорил, министр экономического развития Алексей Улюкаев, который 26 ноября в ходе делового завтрака в Штутгарте заметил для европейской прессы, что Россия может и не строить газопровод, если у европейских потребителей нет спроса на снижение рисков. «Но в таком случае риск нарушения гарантий поставок должен принять на себя тот, кто отказывается от этих возможностей. А газа у нас хватит и для Востока и для Запада», — подчеркнул тогда глава Минэкономразвития.

государственным визитом, причем статус встречи, по некоторым данным, не был таким высоким с самого начала и менялся он уже под давлением пунктов повестки?

Так или иначе, госвизит в дипломатической практике имеет высшую категорию значения: его статус подчеркивается тем, что совершить его в ту или иную страну глава государства имеет право всего один раз за время своих полномочий. А уже этот момент можно трактовать совершенно однозначно: как правило, с визитом такого уровня первые руководители едут подписывать только очень важные бумаги. Для примера, майский визит Владимира Путина в Китай, который журналисты тут же окрестили разворотом России на восток, имел статус официального, то есть оценивался на один пункт ниже «турецкого марша» российского президента.

Одно только это значит, что в цели визита и договоренности российская сторона вкладывала немалый смысл. О чем тут может идти речь?

Турецкий гамбит

Опрошенные «Лентой.ру» эксперты сходятся во мнениях как минимум, по нескольким параметрам. Самое важное, о чем говорят специалисты — это новый региональный статус, который получает Турция по результатам договоренностей с Российской Федерацией. В частности, как считает директор центра по проблемам европейской интеграции (Минск) Юрий Шевцов, усиление альянса Россия —Турция — теперь новый фактор в европейской политике и в политике всего Ближнего Востока.

«Абсолютно точно, что Турция теперь будет чувствовать себя увереннее на всех переговорах с ЕС по любым вопросам. И этот двойственный своего рода альянс начнет более активную свою игру на Ближнем Востоке. Пока эта игра Турции и особенно России относительно ИГИЛ и тому подобных тем была достаточно скоромной», — полагает Шевцов. Но теперь, уверен он, ситуация поменялась кардинально — с этим новым фактором на Ближнем Востоке придется считаться как США, так и, в особенности, ЕС.

С ним отчасти согласен политолог Дмитрий Евстафьев, который отмечает новый поворот в энергетической политике Москвы. По его мнению, Путин снял вопрос, который использовался для давления на РФ и показал, что Москва «не будет страдать» по поводу энергетической безопасности Европы.

Региональное усиление Анкары за счет договоренностей с Москвой рассматривают и чиновники, пожелавшие сохранить свою анонимность, но довольно близкие к переговорам. Они указывают на новую переговорную позицию Анкары с учетом газовых договоренностей и предлагают оценить роль России и Турции в ситуации с Сирией. По их мнению, «вполне правомерно говорить о создании если не альтернативы международной коалиции (во главе с США — прим. «Ленты.ру»), то уж во всяком случае, еще одного центра силы, который будет влиять на процессы на Ближнем и Среднем Востоке, выражая консолидированное мнение по многим вопросам».

Зима близко

Еще один момент, который предлагают оценить как эксперты, так и чиновники — это украинское звучание отказа от завершения строительства газопровода.

«В настоящий момент все ожидают услышать от официального Киева как минимум, издевательские заявления», — поясняют чиновники, близкие к переговорам. Они убеждены, что популистские заявления от «киевской хунты» должны последовать, но указывают на молчание Киева в первый день после объявления новости об отказе России завершать строительство газопровода.

Пересохший поток
Президент России Владимир Путин побывал с госвизитом в Турции

«Один этот момент указывает на реально выстраиваемые схемы сотрудничества и взаимное значение Турции и России», — полагают они. По мнению источников «Ленты.ру», речь идет об еще одном развороте Москвы на восток, и никак не меньше.

И в самом деле, если обратиться к статистике, то можно увидеть, что подобными цифрами товарооборота не может похвастать даже Китай, занимающий стратегическое положение партнера по массе инфраструктурных проектов. А если учитывать перспективный рост, Турция, тем не менее, оказывается в первой тройке партнеров России, уж точно опережая страны Европы и, даже, крупнейших партнеров — Германию и Нидерланды.

А ведь вполне можно в этом контексте поговорить еще и о планах расширения Таможенного союза. Немногие об этом помнят, но, по версии Нурсултана Назарбаева, одним из первых потенциальных членов интеграционного объединения является именно Турция.

Михаил Пак

Источник Вот, новый разворот!